Адвокаты рассказали о роли бизнесмена Щукина в уголовном деле замов Тулеева и главы СК

Адвокаты кемеровского угольного предпринимателя Александра Щукина уточнили, в какой именно части он признал вину по громкому делу заместителей экс-губернатора Кузбасса Амана Тулеева.

Они также связали проблемы в бизнесе Щукина с олигархом Русланом Ростовцевым, которого подозревали в контрабанде донецкого угля во время конфликта на востоке Украины. Общение с журналистами едва не сорвал сербский наемник, воевавший в Донецкой области.
Адвокаты Щукина встретились с журналистами в Новосибирске. Защита решила пояснить, в чем именно бизнесмен частично признал вину по делу о вымогательстве акций АО «Разрез „Инской“» и рассказать о связанных с этим событиях июля 2016 года.

Позиция Щукина

«Щукин согласился принять пакет акций, но он не предполагал, что это будет совершено под давлением [на номинального акционера Антона Цыганкова], — передала его позицию адвокат Елена Юлова. — И более того, он не хотел, чтобы на Цыганкова оказывалось давление. Он признает, что акции, принадлежащие другому человеку, передавались по предложению Тулеева. [Губернатор попросил] навести порядок на шахте, что, наверное, тоже не правильно. Как говорит Щукин: „Если бы я тогда отказался, то не было бы этой истории. То есть, я виноват в том, что я согласился“».

Напомним, в июне 2016 года СК завел дело по факту невыплаты зарплаты работникам АО «Разрез „Инской“» по ст. 145.1 УКРФ. Работники отказались выйти на работу, и губернатор Аман Тулеев поручил своим заместителям Александру Иванову и Александру Данильченко «принять исчерпывающие меры по урегулированию кризисной ситуации», говорилось в обвинительном заключении. Долги погасили из областного фонда «Милосердие», куда компании Щукина заставили внести 200 млн рублей, отметила Юлова.

Следствие считает, что вице-губернаторы вместе с начальником департамента административных органов обладминистрации Еленой Троицкой, главой СК РФ по Кузбассу Сергеем Калинкины и следователями Сергеем Крюковым и Артемием Шевелевым решили задержать Цыганкова и угрожали ему арестом в случае, если он не передаст акции разреза Щукину.

В обвинительном заключении сказано, что о ситуации в «Инском» Щукин узнал от Калинкина и зама Тулеева Иванова. Но, по словам адвоката, со Щукиным общался и лично Тулеев. Более того, именно он и сообщил о задержании Цыганкова.

«12 июля [2016 года] утром губернатор позвонил Щукину и сообщил: „Александр Филиппович, мы задержали Цыганкова, этого номинала, скажи, что там по всем техническим моментам, как ты полагаешь, когда там будет добываться уголь?“ — воспроизвела Юлова фрагменты разговора. — Если бы твоя команда вышла управлять разрезом, к какому моменту вы бы могли обеспечить добычу угля? Щукин обсуждает с губернатором эту тему, говорит, что [нужно сделать, чтобы ликвидировать последствия ошибок] и, возможно, к октябрю будет добыча угля. И губернатор спрашивает: Александр Филиппович, а может быть ты возьмешь эту шахту себе, если Цыганков согласится передать тебе пакет этих акций? И Щукин соглашается. <…> И именно в этом Щукин признает свою вину. Он так и говорит — да, я виноват в том, что в тот момент соблазнился этим предложением, я согласился. Конечно, я не знал, что Цыганков будет подписывать документы о передаче акций в наручниках и под принуждением».

После этого Щукин поручил своему юристу Геннадию Вернигору проконсультироваться со всеми сторонами и оформить документы. Цыганков оформил доверенность, его отпустили из СК и не стали ходатайствовать об аресте, и 13 июля переговоры с ним продолжились в здании «ЗапСибУгля».

«Без какого-либо принуждения, — считает защита. — Наоборот, по просьбе Цыганкова ему был передан 1 млн. рублей на лечение отца и прочие нужды».

Обвинение считает, что момент оформления доверенности на дарение акций от Вернигора директору ООО «УК «Кузнецкий уголь» Сергею Исайкину произошел прямо в здании СК РФ по Кемеровской области. Тем не менее, в собственности Щукина пакет акций не был ни секунды, убеждена защита, а ущерб никому не причинен.

Затем Щукин в Москве встретился с «реальным собственником», которого защита отказалась назвать журналистам. Стороны договорились о совместном управлении разрезом, в том числе, и потому, что актив был непрофильным для владельца, и, в отличие от Щукина, он не обладал знаниями в добыче угля.

«Но, переспав ночь, Щукин отказывается участвовать в этом проекте, — заявила Юлова. — И тут начинаются очень странные события, на Щукина оказывается какое-то нереальное давление, [чтобы он продолжил заниматься «Инским»]. Он улетает в запланированный отпуск, <…> но ему обрывают телефон, потому что начинаются проверки (Ростехнадзора- прим. Тайги. инфо) на его шахтах «Полосухинская» и «Грамотеинская», приостанавливается работа на несколько дней. Исходя из содержания телефонных разговоров, дается прямое указание — приостановить работу шахт Щукина из-за того, что он отказался участвовать в управлении, в наведении порядка на «Разрезе «Инской»». Около недели его шахты стоят, а он отбивается от этого давления, кричит в телефонную трубку, что не хочет уже ничего».

Кроме того, защита планирует доказать, что следствие не верно установило рыночную стоимость 513 акций «Инского», номинальной ценой в 256,5 тыс. рублей. По мнению следствия, они давали право Щукину на имущество стоимостью 2,78 млрд рублей. На лето 2016 года АО «Разрез „Инской“» находилось в процедуре банкротства. Долги разреза на 12 июля 2016-го составляли порядка 4 млрд рублей, считают адвокаты, поэтому максимальная стоимость всех акций компании должна составить 1 рубль, поскольку акции не могут иметь отрицательной стоимости. Известно большое количество случаев, когда сделки по приобретению крупных активов заключались именно за символическую цену. Следствие отказалось провести судебную экспертизу, поэтому защита планирует ходатайствовать о ее назначении в процессе.

Снайпер с Донбасса

Пресс-конференцию несколько раз переносили из-за отказа «владельцев площадок». По словам Юловой, ей стало известно, что на мерориятие аккредитовался в качестве журналиста мужчина по имени Деян Берич, известный наемник, снайпер, воевавший на востоке Украины за непризнанные республики, а также в присоединении Крыма к России. На странице Берича «ВКонтакте» действительно есть фотографии аэропорта «Толмачёво», датированные началом ноября. Он встретился с новосибирцем Александром Илютенко по прозвищу «Палестинец», тоже участвовавшемв конфликте на Украине.

«Я впервые за два года, в течение которых защищаю Щукина в уголовном деле, попросила охрану, — призналась Юлова. — Мы реально вчера были напуганы. Я знаю, что сейчас угрожают дочери Щукина в Лондоне. Она сейчас тоже под усиленной охраной. Угрозы высказывались постоянно, но сейчас они приняли какой-то угрожающий характер. И появление человека такого статуса, если не испугало, то напрягло точно».

Защита допустила, что преследование Щукина по иным делам — «вексельному» и относительно шахты «Грамотеинской» может быть связано не только с обстоятельствами конкретного громкого дела о вымогательстве акций АО «Разрез „Инской“», но и с корпоративными конфликтами вокруг бывших и действующих активов бизнесмена. Была названа фамилия Руслана Ростовцева, угольного магната, которого связывают с боевыми формированиями в непризнанной ДНР и реэкспортом донецкого угля. Щукин и Ростовцев были совладельцами шахты «Кыргайская» и разреза «Новоказанский».

«Потом [они] были реорганизованы в АО „Шахтоуправление „Талдинско-Южное““ и АО „Шахтоуправление „Талдинское-Кыргайское““. Мы их называем ШТЮ и ШТК, — пояснила Юлова. — В результате действий Ростовцева и его юристов оказалось, что Щукин „никто и ничто“».

Доля Щукина оказалась у Ростовцева. Со слов адвокатов, позиция последнего сводится к тому, что Щукин продал ему акции в 2009, а до 2015 года управлял ими, как наемный работник. Версия Щукина же заключается в том, что Ростовцев обманул его, пользуясь доверием, и оформил акции на себя.

«В январе 2015 года „люди в масках“ пришли на территорию ШТК и ШТЮ, выставили команду управленцев Щукина, и объявили всем, что 100% акций принадлежит Ростовцеву Руслану Борисовичу, — продолжила Юлова. — По заявлению Щукина о возбуждении уголовного дела более 20 отказов в возбуждении уголовного дела против Ростовцева, но последнее постановление от 27 ноября 2016 года, когда Щукин, уже был в режиме домашнего ареста, отменено. И по этому материалу идет проверка».

Защита утверждает, что их клиенту через СМИ намеренно создают образ «захватчика и рейдера», и называет интересантом Ростовцева или лиц, которые могли бы получить от Ростовцева права на бывшие активы Щукина.

В 2017 году замглавы администрации непризнанной ДНР Игорь Мартынов написал в фейсбуке: «Накануне Нового Года хотелось бы поблагодарить и отметить наших друзей и партнёров, которые принимают активное участие в культурной жизни нашей республики. <…> Благодаря таким людям как наш друг Константин Малофеев и Руслан Ростовцев, владелец шахт в Кузбассе, в жизни ДНР проходят яркие культурные события — от конкурсов красоты до праздничных мероприятий».

Ростовцева считают одним из спонсоров вооруженных формирований ДНР. По данным Forbes на январь 2018 года, он также помогает выплачивать местным шахтерам пенсии и финансирует соцпрограммы. «Считается, что активное участие в бизнесе Донецкой республики позволяет российским бизнесменам избежать проблем с законом в России, в том числе, уголовного преследования», — писало издание.

«Российская газета» также обращала внимание на деятельность Ростовцева. Официальное издание Кремля писало, что в 2016-м кипрский суд наложил арест на его активы стоимостью $ 113 млн. У бизнесмена были связи во властных структурах, возглавлял ФГУП «Академкапстрой», входившее в систему Российской академии наук.

Адвокаты Щукина считают, что появление Берича на пресс-конференции стало бы «жесткой провокацией в отношении подзащитного»: «Приглашение одиозного боевика на событие с участием федеральных и региональных журналистов могло быть организовано только тем, кто имеет прочные связи в ДНР, с целью оказать влияние на СМИ и судебную систему».

Источник: tayga.info

Комментарии неравнодушных

отменить цитирование